Верхановский Виктор Григорьевич, врач РАО № 3:
«В ГКБ№ 40 я пришёл 19 сентября 1977 года. Меня принимал главврач Анатолий Георгиевич Карасёв, стоявший у истоков больницы. А моими первыми учителями были старший ординатор Нина Георгиевна Суворова, которая надо мной шефствовала, и Павел Сергеевич Блинов, заведовавший отделением анестезиологии и реанимации — оно на тот момент было одно на всю больницу и обслуживало хирургический, нейрохирургический, родильный корпуса и при необходимости терапию.
До 1984 года я давал наркозы больным отделений хирургического корпуса. Больше года работал в операционной с профессором Прудковым Иосифом Давыдовичем — академичный был человек, прекрасный учитель и высококвалифицированный хирург, всегда внимательный к пациентам и корректный с коллегами.
Потом перешёл в нейрохирургический корпус, работаю здесь уже больше 30 лет.
Тогда и сейчас — это совершенно разные эпохи. Возьмём, например, оборудование. В 1970-х—начале 1980-х использовались отечественные аппараты для искусственной вентиляции лёгких РО-2 и РО-6. Они просто давали объёмную вентиляцию. Мы направляли, например, 2 или 3 литра кислорода, а какой процент получался на выходе — не знали. Систем мониторинга не было. На операции оценивали состояние больного по коже (тёплая или нет), цвету ногтей, пульсу и давлению, которое меряли с помощью манжетки. В нейрохирургии, где пациент почти полностью закрыт, в нашем распоряжении была только рука оперируемого!
Потом появились мониторы, которые измеряли давление автоматически. А ещё позже — пульсоксиметры, контролирующие насыщение крови кислородом, и аппараты для измерения уровня углекислого газа в выдыхаемом воздухе.
Наркоз раньше тоже был другой. Более грубый, токсичный. Для ингаляционной подачи использовали эфир и фторотан. Они очень вонючие и вредные для печени. Когда наркоз подавался через маску, страдали и сами врачи. Плюс была внутривенная анестезия — она применялась для вводного наркоза или когда надо было выключить сознание на короткое время.
Теперь очень большой выбор препаратов. Работать стало удобнее и безопаснее.
В 1990-х с подачи заведующего нейрохирургическим корпусом Владислава Григорьевича Лещинского и Сергея Анатольевича Суслова стало поступать современное оборудование: мониторы глубины анестезии, хорошие вентиляторы, импортный компьютерный томограф. Потом МРТ. По оснащённости мы выглядим сейчас очень достойно.
Более 20 лет моей службы пришлись на время руководства больницей Генрихом Гатичем Каюмовым. Он очень поощрял занятия спортом. В 1980-е, помню, мы каждый год ездили в тир. А ещё часто выходили на субботники, и Генрих Гатич подавал остальным личным пример.»
