Нина Моисеевна Глазман, нейроофтальмолог ГКБ № 40 с 1972 г. по 1992 г.:
"В 1961 году я пришла на работу в Научно-исследовательский институт курортологии и физиотерапии, где тогда располагалась кафедра и клиника нервных болезней и нейрохирургии, которой заведовал профессор Давид Григорьевич Шефер. Потом клиника переехала на базу госпиталя инвалидов войны, а с открытием в 1972 году нейрохирургического корпуса ГКБ № 40 разместилась на его базе. Помню, как бродила по коридорам нового корпуса в одиночестве и думала: «Где организовать глазной кабинет?», «С чего начать?»
А надо сказать, что в клинике Шефера работали не просто окулисты или оториноларингологи, а специалисты с неврологическим уклоном. Их и называли иначе: нейроотиатр, нейроофтальмолог, нейрорентгенолог… Я выучилась на нейроофтальмолога первой в городе и области. Первую специализацию по нейроофтальмологии прошла в Институте нейрохирургии имени А.Л. Поленова (Ленинград), вторую — в Институте нейрохирургии имени Н.Н. Бурденко (Москва)
Нейроофтальмолог — это врач, который знает и глазные, и нервные болезни, и может по глазным симптомам определить заболевания головного мозга.
В те годы не было ни КТ, ни МРТ. Мне приходилось первой осматривать больных, поступающих в нейрохирургический корпус. Шефер всегда ставил передо мной две задачи: определить, на каком уровне поражён мозг и каков характер процесса. Проще говоря, я должна была поставить предварительный диагноз: либо это опухоль, либо сосудистая патология, либо воспалительное заболевание головного мозга, и определить локализацию процесса.
Даже не представляете, как много могут рассказать о болезни глаза! Реакция зрачка, чувствительность роговицы, глазное дно, периферическое зрение… Для правильной диагностики очень важны тщательный осмотр и подробный анамнез больного.
Первой заведующей оперблоком в только что открывшемся нейрохирургическом корпусе ГКБ № 40 была Галл Кириена Георгиевна, заведующей первым отделением — Иванова Анна Савватеевна, заведующим вторым отделением — Слобин Борис Оскарович.
В нейрохирургическом корпусе сороковой больницы мы помогали многим, в том числе прибывшим издалека — слава о «клинике Шефера» гремела по всей стране.
Как-то лечили женщину из Владивостока. В Москве ей диагностировали опухоль мозга и прооперировали, но больной становилось всё хуже. Тогда она приехала к нам. Я осмотрела её, собрала анамнез и поставила диагноз: гепатолентикулярная дегенерация. Это такое редкое, генетически обусловленное заболевание, при котором печень перестаёт задерживать медь, и она начинает откладываться во всех человеческих органах. После проведённого лечения больная выздоровела. Потом её мама прислала открытку, в которой писала, что если бы не попала с дочерью в сороковую больницу города Свердловск, её девочка была бы обречена на смерть.
Помимо диагностики, я занималась лечением заболеваний зрительных нервов на внутричерепном уровне. Сколько людей, передвигавшихся по коридорам на ощупь, выходили из больницы со стопроцентным зрением! Хорошо помню 4-летнего мальчика из Нижней Салды, который всё плакал и умолял вывести его из тёмной комнаты. После курса лечения малыш снова стал видеть.
Да-да, мы помогали не только взрослым, но и детям. Детьми занималась замечательный врач — Татьяна Абрамовна Штаркман. Вообще, в нейрохирургическом корпусе работало много прекрасных специалистов: доктора медицинских наук Гринкевич Ольга Владимировна, Образцова Руфина Григорьевна и Крупин Евгений Николаевич, ассистенты Скрябин Владислав Валерьевич, Слобин Борис Оскарович и другие…
Каждую неделю профессор Шефер ходил по палатам и смотрел пациентов. Практиковались так называемые «разборы тяжёлых больных», когда Давид Григорьевич вызывал к себе разных специалистов, спрашивал у каждого мнение и в завершении ставил диагноз.
На базе ГКБ № 40 впервые в городе начали проводить некоторые виды нейрохирургических операций. Например, операции на сосудах головного мозга — первыми их стали делать Сакович Владимир Петрович и Суслов Сергей Анатольевич. Кажется, это было в конце 1980-х. Примерно в то же время Бенедиктов Алексей Иванович начал удалять через нос опухоли гипофиза.
Кроме того, в «сороковой» оперировали краниоорбитальные опухоли, которые растут из орбиты в мозг. Я часто бывала в Москве, в Институте нейрохирургии имени Н. Н. Бурденко. Там и посмотрела, как это делается. Первую такую операцию провёл Суслов, а я ему помогала.
А с появление КТ в больнице начали делать операции по поводу геморрагических инсультов — тоже впервые в городе. «Сороковая» во многом была пионером."
