Лощинкин Геннадий Петрович, хирург-гастроэнтеролог: «В «сороковую» пришёл в декабре 1980 года. Тогда использовались широкие хирургические доступы. Хирурги работали руками, а не «палочками». Сегодня же в отделении эндоскопической хирургии порядка 90% операций выполняется лапароскопически. Поступают сюда в основном с ЖКБ и различными видами грыж. Видов операций по поводу грыж стало значительно больше. Можно зашить отверстие, через которое выходит грыжевой мешок, не входя в живот, можно лапароскопически, можно через открытый доступ.
Минидоступные методики начали осваивать в конце 1980-х — начале 1990-х годов, хотя первую лапароскопическую холецистостомию профессор Иосиф Давыдович Прудков сделал ещё в 1962 году в Свердловской железнодорожной больнице. А у нас первая лапароскопическая операция была проведена в первой хирургии в 1991 году, когда появилось соответствующее оборудование и инструменты. Оперировали, помнится, пациента с желчнокаменной болезнью. Именно с 1990-х подобные операции были поставлены в больнице на поток. Так широко лапароскопические технологии нигде не использовали. «Сороковая» в городе всегда ценилась, её относительно хорошо обеспечивали всем необходимым.
Малоинвазивные методики имеют немало преимуществ. Малая травматизация тканей способствует более быстрому выздоровлению и соответственно сокращению сроков пребывания в стационаре. Послеоперационных осложнений меньше, эстетичность выше: вместо большого разреза — маленькие проколы.
Причём в нашей больнице эти методики применялись не только в плановой, но и в неотложной хирургии. Работали сначала на казанской аппаратуре, сейчас оборудование импортное. Современные аппараты позволяют проводить большие по объёму операции. Лапароскопические технологии применяются сегодня даже при резекции желудка.
Когда я начинал, была первая хирургия на 60 коек и вторая хирургия — тоже на 60 коек. Первая занималась в основном плановой помощью, вторая — и плановой, и неотложной. Раньше больницы дежурили по несколько дней в месяц. И на себя в дни дежурств вторая хирургия брала все неотложные состояния.
Наверное, нынешним хирургам работать проще. Расширился перечень диагностических процедур, появились более точные методики, позволяющие быстрее поставить диагноз. Раньше мы ориентировались в большей степени на тактильные ощущения.
Сократилась оперативная активность. Операцией на желудке было намного больше. Часто оперировали по поводу язвенной болезни, которая сейчас успешно лечится консервативным путём. Вот вам пример: в 1996 году только я провёл 37 таких операций, в 1997-м их было уже 17, в 1998-м — всего две.
С другой стороны, увеличилось количество операций по поводу желчно-каменной болезни. Когда нам в институте читали курс детской хирургии, то не могли показать детей, больных ЖКБ. Сейчас такие встречаются сплошь и рядом. Причин много: это и экология, и пища, и вода, и в целом образ жизни…
Нередко вырезали раковые опухоли — сейчас онкологические больные поступают в основном в специализированное учреждение. Хотя в проктологическом отделении онкопатология сохранилась.
Начинал я при Генрихе Гатиче Каюмове. С ним, кстати, работал ещё в 3-й городской больнице на улице Братьев Быковых. В той больнице была кафедра факультетской хирургии, и на 3-м курсе мы ходили туда дежурить. Генрих Гатич был главврачом 3-й больницы, потом его перевели в «сороковую». Ушёл туда и я: позвали на освободившееся место ребята, с которыми учился в одной группе.
Хирургический корпус 40-й больницы открыли в 1976 году, и туда было направлено много хирургов 1976 года выпуска. Человек 7—8 пришло! Все молодые, всех надо учить. Иосиф Давыдович Прудков, который был основателем и руководителем хирургического гастроэнтерологического центра ГКБ № 40, заведующим кафедрой общей хирургии мединститута, приложил для этого максимум усилий. Прекрасно понимал проблемы хирургов и Генрих Гатич, сам много лет проработавший хирургом-урологом. При нём было очень плотное взаимодействие отделений с кафедрами мединститута, базировавшимися в «сороковой». Сотрудники кафедр, а все они были очень грамотными врачами, оказывали нам квалифицированную помощь: консультировали, ассистировали на операциях. Благодаря этому молодые хирурги быстро набирались опыта. И в этом большая заслуга в том числе Каюмова, прекрасно понимавшего важность преемственности во врачебной деятельности.
Это был деликатный, всегда подтянутый человек. Очень поощрял занятия спортом. Многие хирурги, с которыми я начинал, увлекались футболом и волейболом, и во внерабочее время часто собирались на спортивных площадках…"
